Не согласны с приговором

4Заключение специалистов МБФ «Защитник»

Излагая суть проблемы,  осужденный  Магомедов  Ш.М.  указал  на несогласие с Приговором суда первой инстанции ( в данном случае с ПриговоромМосковского городского суда  от 23.12.2013, судья О.А. Музыченко), приложив для исследования  специалистами Фонда «Защитник»  копию Приговора Московского городского суда  от 23.12.2013 , копии апелляционных  жалоб  Магомедова Ш.М. и адвоката Богдановой Т.П., определение  Верховного Суда РФ09 апреля 2014 года  по данным жалобам, копии материалов уголовного дела, другие процессуальные документы.

Перед специалистами Фонда «Защитник»  осужденным Магомедовым Ш.М. был поставлен круг вопросов: 

  • подтверждаются  ли выводы суда,  доказательствами, рассмотренными в судебном заседании? Можно ли считать мою, Магомедова, вину доказанной?
  • Можно ли считать показания  достоверными  потерпевшей  С.А., если они опровергаются другими материалами уголовного дела?
  • Обоснованно  ли показания потерпевшей С.А.  положены в основу приговора суда?

Для ответа на поставленные вопросы, специалисты Фонда «Защитник»  исследовали содержание предоставленных для изучения  материалов уголовного дела.                                     

Их анализ   показывает следующее:

При постановлении приговора должным образом не разрешены вопросы, регламентированные  к обязательному разрешению судами  ч. 1.1, ч.1.6.1.  ст.299 УПК РФ.  Это обстоятельство, несомненно, является существенным нарушением уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшим на исход дела. 

Так, в нарушениеч.1.1 ст.299 УПК РФ,  при постановлении приговора, судом  должным образом не разрешен вопрос:

о  виновности Магомедова Ш.М. в совершении инкриминируемого ему  преступления, предусмотренного :

  •  п. «б» ч.4 ст.131 УК РФ « Изнасилование, то есть половое сношение с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшей или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшей,  не достигшей четырнадцатилетнего возраста»,
  • п. «б» ч.4 ст.132 УК РФ  «иные насильственные действия сексуального характера с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшей или к другим лицам либо с использованием беспомощного состояния потерпевшей ». 

Судом не доказано, что половое сношение и  иные насильственные действия сексуального характера были совершены « с применением насилия или с угрозой его применения к потерпевшей или к другим лицам».

При вынесении приговора, вопреки требованиям ст.17ч.2 УПК РФ,   суд придал доказательствам (голословным показаниям потерпевшей)  заранее установленную силу, обеспечив  их приоритет  не только над показаниями подсудимого, но и совокупностью доказательств в целом. 

Применение физического насилия – не доказано.

Не смотря на то,  что в соответствие с заключением судебно-медицинской экспертизы (заключение 299-г от 21.05.2013 года) у потерпевшей С.А. не только не выявлено существенных  телесных повреждений, но и не зафиксировано повреждение девственной плевы, суд не принял этот факт во внимание, заявив: «Отсутствие у потерпевшей иных телесных повреждений само по себе не  свидетельствует о недоказанности совершения преступных действий» (Приговор, стр.21)

Угроза применение насилия – не доказана.

Вывод.1.1.Вывод суда о том, что потерпевшая С.А.  добровольно уходила с Магомедовым Ш.М из ресторана Макдональдс,« рассчитывая  избежать агрессивных действий неустановленных лиц,» - не обоснован и ничем не подтвержден.

Судом не добыто доказательств, что  кто-либо препятствовал  потерпевшей С.А  совместно со своей подругой Т. , в случае, если бы  возникла реальная  угроза их безопасности, просто покинуть ресторан Макдональдс и уйти, тем самым избежав этой угрозы.

Вывод 1.2. Вывод суда о том, что «Магомедов был очевидцем вышеуказанных действий неустановленных лиц и не мог не осознавать, что потерпевшая напугана указанными действиями» — не обоснован и ничем не подтвержден, поскольку в суде  Магомедов  и другие свидетели указали на то, что никакой реальной угрозы  безопасности С.А и ее подруге Т. не существовало , они спокойно общались с посетителями ресторана, беспрепятственно могли уйти. 

Вывод 1.3.Поскольку никакой реальной угрозы не существовало, можно утверждать, что потерпевшая С. А. добровольно вышла с Магомедовым Ш.М. из ресторана Макдональдс ,  желая побыть с ним наедине.                                                                                                                                             При этом, потерпевшая С.А. не беспокоилась о безопасности своей подруги Т,  которую оставила в Макдональдсе, не посвятив ее в свои намерения.

Вывод 1.4. Обстоятельство, что  потерпевшая С.А. покинула ресторан, оставив в нем подругу Т. одну, даже не сообщив ей   о причине и цели своего ухода, указывает  на то, что С.А.  не волновала судьба ее подруги и  поэтому никакие угрозы  в адрес Т. не могли бы  повлиять на ход событий.

Версия  о якобы высказанной Магомедовым Ш.М.  угрозе  в адрес самой потерпевшей  не только «не могла восприниматься реально», но выглядит абсурдно , нелепо и неправдоподобно.

 По сути, показания потерпевшей С.А. выглядят следующим образом : «Я очень боялась, что в  ресторане Макдональдс меня изнасилует  неизвестный. Поэтому я добровольно ушла из ресторана с Магомедовым, перелезла через забор, взобралась на парапет, спрыгнула с двухметровой высоты, чтобы уединится  с ним  в подвале Дома искусств. А потом, боясь, что Магомедов позвонит неизвестному насильнику из ресторана , согласилась на изнасилование Магомедовым. »

Вывод 1.5. Вывод суда о том, что я в отношении С.А. совершил  насильственные действия сексуального характера  с применением физического насилия или угрозы его применения- не обоснован и ничем не подтвержден.

 Судом не добыто  и не представлено доказательств, свидетельствующих о применении Магомедовым физического насилия или  угрозы его применения.

Судом не доказано, что   Магомедов заведомо знал о возрасте потерпевшей С.А.

 С.А.   впервые он увидел  в ночное время суток   в ресторане«Сабвэй»,  то есть это время, когда несовершеннолетние дети должны находиться дома.                                    

Учитывая, что С.А. выглядит значительно  старше своих лет, он мог  считать, что ей не менее 18 лет. 

Суд обязан был учесть характеристику несовершеннолетней потерпевшей  С.А., которая, боясь расправы матери за свои неблаговидные поступки,  готова была на различные  «экстремальные выходки».                                                                                                     

Так, подруга С.А., свидетель Т., будучи допрошена в предварительном следствии, указала на обстоятельства, характеризующие личность потерпевшей:                                                                                                               

«26.04.2013…. после непродолжительной беседы С.А. перестала разговаривать, какое-то время смотрела под ноги, примерно в 18 час., ничего мне не объясняя, побежала в сторону новостройки.. Я побежала за ней следом. Добежав до жилого дома, зашли в подъезд, поднялись на лифте на 9 этаж. Поднявшись на 9 этаж, С.А., по-прежнему ничего мне не объясняя, попыталась открыть окно, но у нее ничего не вышло. С.А.  пояснила мне, что хотела покончить жизнь самоубийством из-за того, что очень переживала, что прогуляла школу,  и ее будут сильно ругать дома. С.А. сказала, что боится идти домой, поэтому останется ночевать в подъезде. Я осталась с ней.»

В суде свидетель Т. пояснила:                                                                                                              

Вопрос гособвинителя: Известно ли вам, С.А. страдает психическими расстройствами?

Ответ Т.:  С.А. ссорилась с матерью. Когда она пыталась покончить жизнь самоубийством, она таким образом пугала мать.

Показания И.Н (мать потерпевшей) : «Из-за того, что я не пустила ее на концерт любимого певца, закрылась в ванной, и стала говорить мне о том, что покончит жизнь самоубийством. Так же я в дневнике ее читала, что она хочет покончить жизнь самоубийством из-за того, что я не пустила ее на концерт.»

Показания Виноградовой  (кл. руководитель потерпевшей) « со слов бабушки С. А. мне известно, что  был случай, когда С.А. хотела покончить жизнь самоубийством, это связано с тем, что в семье  не выполнялись те условия, какие хотела С.А..»

Таким образом,                                                                                                                                   

Вывод 2.2. Вспышки неадекватного поведения несовершеннолетней С. А. явно указывают на то, что последняя могла оговорить Магомедова, боясь расправы  родителей за  прогул в школе и ночное отсутствие дома.

 В нарушение ч.1.6.1ст.299 УПК РФ,  при постановлении приговора, судом  также не разрешен должным образом вопрос:

имеются ли основания для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняется подсудимый, на менее тяжкую.

При наличии всех конструктивных признаков квалификации состава преступления«Половое сношение с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста, совершенное лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста»,суд отказал   в переквалификации обвинения на менее тяжкое   — на  ч.1 ст.134 УК РФ.

Тем более, что  Магомедов не отрицал с самого начала следствия  факта добровольного вступления в половую связь с С.А.  и возместил в добровольном порядке заявленный гражданский иск.


Международный Благотворительный Фонд Защитник